Ответ директора ИВП РАН чл-корр. РАН В.И.Данилова-Данильяна на статью Ю.М.Лужкова "Что поворачивать: реки или мозги?"

Ответ директора ИВП РАН чл-корр. РАН В.И.Данилова-Данильяна на статью Ю.М.Лужкова "Что поворачивать: реки или мозги?" в "Московском комсомольце" (в двух частях: 6 и 7 октября 2004 г.), предназначен для публикации в газете "Зеленый мир".

Уважаемый Юрий Михайлович!

Обращаюсь к Вам через газету "Зеленый мир", впрочем, не уповая на то, что Вы прочтете мое письмо. В апреле 2003 г. Вы уже слышали мои соображения (по крайней мере, некоторые) о проекте перераспределения части стока реки Оби в Центрально-Азиатский регион на посвященной этому вопросу конференции. В Вашей новой статье аргументация по сути нисколько не изменилась, а мои доводы проигнорированы. Это относится не только ко мне, но и ко всем остальным авторам, которые выступают против возобновления практической работы над проектом в нынешних условиях. Правда, некоторые конкретные утверждения в пользу проекта, не раз повторявшиеся раньше (например, о том, что на реализацию проекта нужно 16-17 млрд долл.), теперь отсутствуют, но сохранились их абстрактные аналоги (например, о том, что проект окупится).

Я не раз излагал свою точку зрения и в печати ("ЗМ", ¦ 9-10 за 2002 г.), и на семинарах, конференциях и пр., где присутствовали Ваши советники и сотрудники, занимающиеся "поворачиванием мозгов", а летом 2003 года беседовал непосредственно с ними. Если бы против моих суждений были убедительные аргументы, Вы наверняка привели бы их. Либо - если для Вас проблема состоит не выяснении истины, а в чем-то другом - аргументация оппонентов проекта Вас попросту не интересует, либо Ваши сотрудники, несомненно информированные о ней, не обо всем Вам докладывают. Потому и не надеюсь, что Вы прочтете это письмо.
В подробности вдаваться не буду, повторю только главное (с частными добавлениями, спровоцированными некоторыми деталями статьи в "МК").

Работы по обоим проектам межбассейновой переброски (т.н. Северному и Сибирскому) были остановлены в 1986 г. вовсе не потому, что против них активно боролись ученые (кто именно - см. в "ЗМ", ¦ 9-10 за 2002 г. "яншинский список" академиков и членов-корреспондентов АН СССР) и экологическая общественность, а по сугубо экономическим причинам - средств на переброску не было. А ученые и общественность со всеми их протестами оказались как нельзя более кстати: ссылаясь на них, стало возможным сделать хорошую мину при плохой игре, то есть не только обойтись без крайне неприятных напоминаний об отсутствии денег в бюджете, но и продемонстрировать уважение к ученым, общественности и приверженность экологическим целям.
Вопрос "сколько это стоит", ключевой для Политбюро в 1986 г., заслуживает внимания и сейчас, спустя 18 лет после тех событий. Не сомневаюсь: он остается вопросом "номер один".

В ТЭО проекта Сибирской переброски, рассматривавшемся в госэкспертизе Госплана СССР в 1983 г., инвестиции в сооружение основного канала (только!) были оценены в 16 млрд долларов. В заключении экспертной подкомиссии госэкспертизы Госплана СССР указывалось, что в проекте капитальные затраты занижены не менее чем в два раза. Таким образом, реальная оценка инвестиций в долларах на 1982 г. составляла не 16 млрд долл., а существенно выше: не менее чем 32 млрд долл. Если мы хотим понять, какой величине это соответствует сегодня, придется принять во внимание инфляцию доллара за прошедшие более 20 лет; в 1980-е годы она не опускалась ниже 3% в год, иногда достигала 9%. Итоговый корректирующий коэффициент (как бы дефлятор) по самым скромным оценкам не менее 2. Но он указывает среднее удорожание, а нас интересуют затраты с весьма специфичной структурой, определяемой преобладанием тяжелой техники и строительных работ, в том числе на территориях, где нет местных работников должной квалификации в необходимых количествах. Цены по этим статьям обгоняли среднюю инфляцию примерно в полтора раза. Кроме того, повсюду в мире для экологоемких проектов (надеюсь, нет сомнений в том, что переброска - экологоемкий проект) не менее чем на 40% выросли затраты на реализацию природоохранных мероприятий в связи с ужесточением природоохранных требований. Выходит, что и 32 млрд долл. надо умножить примерно на 4.
Многовато будет! Конечно, величины приближенные, но всякий раз в расчет принимались нижние из имеющихся оценок, и даже если по каким-либо из них что-то "отспорить" (например, не 40, а 35%), порядок величин не меняется - больше сотни миллиардов долларов.

Бесконечно далеко от действительности заявление о том, что критиковали проект переброски неспециалисты, занимавшиеся "черным пиаром", "оговорами", чуть ли не доносами. Разбираться, как, что и почему писали журналисты - не мое дело, но к критике из научной среды я имел самое непосредственное отношение (отмечу, что никакого различия между оппонентами - журналистами и научными работниками - в "МК" нет, все обвинения относятся и к тем, и к другим). Конечно, когда не называются конкретные фамилии, легко сказать что угодно, и наивные люди поверят такому авторитету, как мэр Москвы. Но вспомним еще раз фамилии самых именитых оппонентов проекта - "яншинский список"! Разве эти люди занимались пиаром? И ничего не понимали ни в экономике, ни в экологии, ни в геологии, ни в гидрологии, ни в сельском хозяйстве и т.д.? И про каждого из них конкретно можно это сказать?
Безадресная ругань - дело безответственное. А если с адресами и именами? Сказать, например, что академик Яншин в гидрогеологии не разбирался? А академик Хачатуров - в экономике и вопросах эффективности капитальных вложений? А ведь из приложения общего утверждения к конкретному списку именно такое и вытекает. Между прочим, и упоминаемый в "МК" С.Залыгин пришел в литературу из инженеров-мелиораторов и был кандидатом наук именно по этой части.

Надо ли напоминать о таком понятии, как экспертиза? И о том, что в случаях, когда тратятся государственные деньги на грандиозные проекты, она абсолютно необходима? И о том, что экспертиза должна быть независимой? Оказывается, надо, так как из Ваших, уважаемый Юрий Михайлович, слов в "МК" с очевидностью следует, что суждение о проекте Сибирской переброски надо было выносить вовсе не независимым экспертам, а тем, кто работал над проектом. От независимых экспертов требуется профессионализм; Ваше, "не работал, не изучал, не считал, не видел" к экспертам никак нельзя относить - они работают в соответствующей сфере, изучают проблемы, имеющие отношение к экспертизе, считают, в том числе проверяя проектантов, видят - аналогичные объекты, если они существуют, выезжают на место и т.д. Но они не являются разработчиками данного проекта, не работают в организациях, выполнявших разработку, не связаны с ними обязательствами и пр. - это и есть требование независимости. Сказать об экспертах: "Подписи тех, кто не работал, не изучал, не считал, не видел" - значит в принципе отвергать идею независимой экспертизы. И позвольте напомнить, что тогда, в 1983 г., в Госэкспертизе Госплана СССР была сформирована экспертная подкомиссия (так это называлось), которой как раз и поручалось "поработать, изучить, посчитать и посмотреть", только не априори к проекту и не в ходе проектирования, а в отношении готового проекта.

К какому заключению пришли эксперты, известно ("ЗМ" ¦ 9-10, 2002). На упомянутой конференции в апреле 2003 г. в Вашем присутствии, Юрий Михайлович, я говорил об этом. В экспертном заключении 6 разделов, по каждому из них имеются замечания в немалых количествах:
I. Современное состояние народного хозяйства в Срединном регионе и перспективы его развития - 30 пунктов;
II. Гидрология, водные ресурсы, водохозяйственный баланс - 7 пунктов;
III. Инженерные решения - 23 пункта;
IV. Природные условия и прогноз их изменения, включая качество и охрану вод - 21 пункт;
V. Проблема Аральского моря - 1 пункт, который стоит процитировать: "Проблема Арала должна решаться вне зависимости от проблемы переброски стока сибирских рек..." (заодно отмечу, что по оценкам академика М.Г.Хубларяна и проф. В.И.Найденова для перемены знака в динамике Аральского моря - с деградации на восстановление - в него должно поступать 40 куб. км воды в год; не в Аральский или, тем более, Срединный регион - в само море!);
VI. Социально-экономическая эффективность - 8 пунктов. Из этой части также стоит привести выдержку: "В ТЭО отсутствует даже попытка определить возможность для страны крупнейших капитальных вложений, их место в общей инвестиционной программе на перспективу...".

Начальником управления госэкспертизы Госплана СССР (по совместительству) был тогда член-корр. РАН Г.В.Воропаев, по основной работе он руководил Институтом водных проблем АН СССР - головной организацией в научных исследованиях по переброске. Как один из основных создателей (и главный теоретик) проекта, он был, конечно, очень заинтересован в благополучном исходе экспертизы (стоит напомнить, что в 1983 г. о переброске еще почти ничего не было известно общественности, в том числе и научной, царил застой, писали и говорили вслух только то, что было высочайше разрешено). И как начальник управления экспертизы Г.В.Воропаев, разумеется, сделал все для такого исхода - подбор экспертов, воздействие аппарата на ход работы и т.п. Однако количество замечаний оказалось беспрецедентным. Все же вывод сформулировали как почти положительный - предлагалось доработать ТЭО. В наши дни подобный вывод из такого заключения был бы официально (например прокуратурой) признан немотивированным.
Экспертиза в Госплане СССР была двухступенчатой, заключение экспертной подкомиссии (создаваемой специально для конкретного случая) рассматривалось экспертной комиссией (ее состав был постоянным). На этом высшем уровне тональность несколько изменилась - критики в адрес проекта было записано гораздо меньше: сработала административная артподготовка. Так что в 1983 г. не общественность давила на чиновников, а чиновники очень усердно давили на экспертов, которые были, кстати, именно учеными - гидрологами, экологами, геологами, экономистами, проектировщиками (только в других проектах), думаю, что не хуже и не лучше тех, кто занимался переброской. Только функции у них оказались разными, такой уж случился расклад. И если бы проектанты оказались на месте экспертов и наоборот, экспертное заключение было бы примерно тем же, что и на самом деле.
"Ошельмованных мелиораторов на обсуждения не приглашали, а приглашая, не давали выступить". Это о чем? При проведении экспертизы всегда работают не только с документами, но и с людьми - их авторами. Именно: приглашают, предлагают сделать доклад, знакомят с замечаниями, выслушивают возражения на них. Что же касается последующих событий, словесных баталий 1985 - первой половины 1986 г., то серьезные оппоненты опирались прежде всего на результаты экспертизы. А свистопляска в средствах массовой информации возникает всегда и везде, когда дело касается сколько-нибудь серьезной проблемы, способной заинтересовать общество. И спекуляций, и вранья, и некомпетентности всегда бывает предостаточно. Только вряд ли Политбюро оглядывалось на такие проявления щелкоперства.

"Десятки специализированных коллективов работали, в исследованиях приняли участие ученые из 29 институтов". Действительно, именно так. А где теперь эти специалисты? Конечно, некоторых уже нет, но те, кто остался, работают, как правило, в тех же институтах. Например, в головном - Институте водных проблем РАН. И вряд ли среди трех сотен сотрудников этого института найдется хотя бы один, кто будет настаивать на том, что проект перераспределения части стока Оби в Аральский регион сегодня актуален. Такую позицию институт занимает совсем не с того дня, как меня назначили его директором, - это документально подтверждается официальными материалами, подписанными предыдущим директором. Подчеркну: это именно те специалисты, которые в ходе подготовки проекта "работали, изучали, считали, видели"!
Вывод относительно неактуальности проекта переброски отнюдь не означает отрицания ценности научных результатов, полученных в период работы над ним в связи с теми задачами, которые рассматривались по проблематике перераспределения стока. Эти результаты были неполны (что и обусловило значительную часть замечаний в заключении экспертов), что-то за 20 лет, естественно, устарело, но многое остается не просто ценным - уникальным. Убогое финансирование в настоящее время не позволяет проводить подобные работы, требующие немалых средств на экспедиции, химико-аналитические исследования, изучение гидрогеологических условий, привлечение космических и авиационных средств получения информации.

Много сказано о том, что каналостроение в гигантских масштабах - это закрепление сырьевой ориентации экономики, консервация технологического отставания, неблагоприятные социальные последствия (поскольку условия труда на таких объектах не способствуют ни развитию личности, ни укреплению семьи, ни решению демографических задач, ни распространению трезвости). При том образовательном уровне, какой все еще сохраняется в России, надо не каналы копать, а осваивать высокие технологии, развивать науку, интеллектуализировать производство, наращивать человеческий капитал.
Для того чтобы вынести обоснованное решение по проекту, надо, прежде всего, обосновать осуществимость проекта. В данном случае она представляется более чем сомнительной. Однако допустим, что возможность построить канал имеется. Тогда на следующем шаге надо убедиться в достижимости целей при реализации проекта и провести сопоставление с другими способами достижения тех же целей.
В качестве целей переброски указывают коммерческие - получать прибыль от продажи воды, геополитические - укрепить влияние России в Казахстане, Узбекистане, Туркмении (называть в этом же ряду Таджикистан и Киргизию можно разве что по недоразумению - в отношении продажи воды они для нас, скорее, конкуренты, но никак не покупатели), идейно-патриотические - пробудить дух народа. О возрождении Аральского моря вспоминать не будем - эта цель проектируемой переброской заведомо не достигается.
Коммерческие цели при нынешней и предвидимой, по крайней мере, на 15-20 лет экономической конъюнктуре недостижимы: капитальные затраты не могут окупиться, как с полной очевидностью следует из их оценки. Между прочим, если требуемые инвестиционные средства затратить на переселение половины жителей Казахстана и Узбекистана в водообеспеченные районы России, то придется порядка 10 тыс. долл. на душу, что с учетом многодетности тамошних семей составит в среднем не менее 50 тыс. долл. на семью. Теперь спросите гастарбайтеров (холод их совершенно не пугает) из этих республик, чего они хотят: переброски или переселения на таких условиях (пусть даже лишь треть суммы будет предоставлена непосредственно им для постройки жилья и пр., а две трети - на создание рабочих мест и инфраструктуры)? Конечно, этот проект неосуществим, но в такой же мере, как и переброска.
Для достижения геополитических целей в принципе существует много возможностей (были бы деньги!). Однако рассмотрим только одну альтернативу - связанную с решением той же частной задачи, на какую ориентирована переброска: ослабление дефицита воды в трех центральноазиатских республиках. Эта альтернатива состоит в реализации политики водосбережения, повышения эффективности водопользования. Может быть, в связи с этим полезно напомнить, что суммарный годовой сток полностью зарегулированных Амударьи и Сырдарьи составляет около 120 куб. км. Подача дополнительной воды в регион, использующий сток двух этих рек, из Оби обеспечила бы, таким образом, прирост потребления воды никак не более чем на 15 % (учитывая фильтрацию и использование перебрасываемой воды в России). Но затраты воды в народном хозяйстве этого региона на производство единицы ВВП, по оценкам, в 6 раз выше, чем регионах с аналогичным климатом в развитых стран. (Имеются в виду не так называемые наилучшие из возможных технологий, а средние статистические показатели.) Переход к интенсивным формам водопользования и сэкономит гораздо больше воды, чем даст переброска, и стоит куда дешевле. И ради социального развития с традиционными формами водопотребления в Центральной Азии давно пора кончать.

Наконец, об идейно-патриотических надеждах в связи с проектом переброски. "Это непростительно - не привести в действие самый нужный, самый действенный в России рычаг: дух народа, его волю". Что же получается? Кроме переброски, у нас нет других вариантов привести в действие этот рычаг? Если так, то это большая радость для наших недругов. Не хотелось бы давать им повод для ликования. И если уж ссылаться на Толстого, то стоит перечесть "Войну и мир" и задать себе вопрос: а как бы Лев Николаевич отнесся к замыслу возбудить дух народа переброской или каким-нибудь другим строительно-монтажным проектом?

Дата публикации: 2004

Все публикации